siteacademy.ru

Что под трусиками у девушек офицеров





Художник Орлович сидел в своей студии, что за старой стеной Китай-города, окнами на Большой театр. На дворе в декабре года подыхал советский коммунизм. У Орловича между тем завершалось нечто лиловое с багровым подтеком, надвигалась грозовая синева со свинцовым подбрюшием, новый прибой акриловой революции. В мрачноватой студии сполохами самовыражался телевизор.

Страшный, как леший, рок-звезда Кьеркегоренко вопил уже привычное: Вон из Кремля, стонет земля! Задрожала оцинкованная дверь — в нее явно били ногой. Прежде бы подумал что под трусиками у девушек офицеров Орлович: Орлович при помощи своих длинных рычагов вылез из что под трусиками у девушек офицеров дивана и приоткрыл дверь. Вместо сапога в мастерскую просунулась босая нога. Гегемон обернулся деклассированным соседом Чувакиным.

Колбасу, что ли, жрете? Орлович увидел себя вместе с Чувакиным в скособоченном зеркале XIX века. Друг друга стоим, подумал. Экая гнусная неряшливость лиц, волос, гардероба. А ведь у меня есть два хороших костюма, бритвы, одеколон, чтобы как-то отличаться от Чувакина. Миша Чувакин рассказал короткую историю. В принципе он уже спал, поев лапши с курятиной. Как этот вот рок-фестиваль начался, так он и замкнул на массу, даже Смарагду блядскую вырубил из сознания.

Скажи, Модест, что с похмелья, и как раз ошибешься! Просто устал, до утра в бригаде работал по разборке памятника Калинина Михал Ваныча, всесоюзного старосты. Как это, к чему такие подробности, Модест? О чем людям меж собой говорить, если не о подробностях? Налив себе небрежно из початой бутылки стаканок пшеничной и махнув его как бы между прочим, будто и не за тем пришел, Чувакин продолжал. Стук какой-то услышал он сквозь сон, какой-то ненашенский, в общем, участковый так не стучит.

Смарагда блядская пошла открывать и вернумшись с немкой. Такая баба молодая, далеко не развратной внешности. Хроменькая англичаночка, будто цветок, ну немка. Дрожит и протягивает ребенка в голубых ленточках.

Что под трусиками у девушек офицеров

Вот вам и диккенсовская история в Китайгородской что под трусиками у девушек офицеров, подумал Орлович. Близится Рождество, хроменькая немочка-голландочка с ребенком в голубых ленточках.

Чувакин вдруг ужасно обиделся. Он соседа по-дружески называет, Модест, а тот все время на официальные переводит: Плеснув себе еще полстакана пшеничной и с той же небрежностью, как будто совсем не придавая главной влаге своей жизни никакого значения, ее употребив, деклассе Чувакин протопал к двери.

Какие ленточки, говоришь, какой ребенок? Орлович теперь своими глазами видел на лестничной площадке англичанку, если не немку или не шведку, в черном пальто-дутике и в теплых наушниках на удлиненной голове.

Что под трусиками у девушек офицеров

Ей было двадцать девять лет. По каким-то непонятным причинам всякое упоминание России вызывало у нее в детстве спазм мышц горла и набухание слезных желез.

Там она волновалась целый семестр, пока брала курсы по географии истории России, ну а на курсе по Достоевскому совсем потеряла покой. Быть бы ей отличной слависткой, если бы не пришлось прервать образование. Случилось так, что ее отец, что под трусиками у девушек офицеров Палмер, очумев от бесконечной жизни в живописной долине Шэнандоа, выкинул антраша вполне в духе героев Достоевского. Не сказав ничего семейству, он перезаложил дом, забрал весь чистоган и свалил куда-то к чертям, может быть, даже в Лас-Вегас, в общем, с концами.

В банке она преуспела, то есть к двадцати семи годам стала швом секции с окладомчто давало ей возможность даже и после выплаты процентов вести более-менее современный образ жизни. Естественно, все карманные издания русских классиков оказывались на ее полке, а ночами кочевали по ее подушкам. По утрам она пробегала три мили вокруг сонного Страсбурга, а иногда и вечером пробегала три мили, а иногда и среди ночи пробегала три мили, а иногда что под трусиками у девушек офицеров и вовсе не хотелось останавливаться, лишь бы не возвращаться в отдел автомобильных ссуд.

Лучше всех ее понимала Хелен Хоггенцоллер, хозяйка популярной местной лавки, торговавшей своего рода гончарными что под трусиками у девушек офицеров Трехсотфунтовая Хелен в противовес тяжести своей плоти отличалась легкостью нрава, любознательностью и даже некоторой начитанностью. Пожалуй, только с Хелен наша героиня могла поговорить о страсти, о далекой стране, которую никаким компьютером не понять, никаким калькулятором не измерить, в которую можно только верить, верить… В момент сильного спазма, волнения груди, увлажнения глазных впадин Хоггенцоллер сжимала руку Палмер и говорила ей о том, что сержант Айзек Айзексон, заместитель шерифа из Форт-Ройял, опять спрашивал о ней и вздыхал, как какой-нибудь твой, мой медок, Пушкин.

Если же разговор получался хороший, тогда, махнув на подсчет калорий, складывались по два доллара и посылали через дорогу к Максу за что под трусиками у девушек офицеров тортом. А разговоры нередко получались интересными, и заводилой почти всегда оказывалась Кимберли Палмер.

Что под трусиками у девушек офицеров

Тетушки вздыхали, слушая ее рассказы о страданиях России, с удовольствием повторяли за ней интересные слова: Давайте отправим им к Рождеству продовольственные посылки. Подадим пример другим христианам, другим американцам, другим женщинам!

Что под трусиками у девушек офицеров

У витрины с горшками и вазами стали все чаще останавливаться машины. Кто давал доллар, а кто и два. Замшерифа Айзек Айзексон пожертвовал тридцать баксов, го есть сумму, достаточную для покупки шести шестибаночных упаковок пива.

Что под трусиками у девушек офицеров

Эта удивительная деятельность так увлекла Палмер, что она теперь стала выбегать из дома не иначе как с шикарной улыбкой на устах.

Как вдруг произошла неприятная сенсация: Извинившись перед семейством что под трусиками у девушек офицеров причиненные неприятности, этот неопределенного возраста и странной легкости человек пояснил, что под трусиками у девушек офицеров целью его приезда является не возобновление совместного проживания, а восстановление прав на бесплатное или почти бесплатное умирание в больнице штата.

Спокойно, девочки и мальчики, без паники! По сути дела, он уже зарегистрировался в госпитале, а в старый дом завернул лишь за своей коллекцией бейсбольных карточек, чтобы перебирать ее в процессе умирания. Кимберли была потрясена удивительными качествами этого почти неузнаваемого своего дадди и привязалась к нему на весь остаток его жизни, то есть на пятнадцать с чем-то дней.

Папа страдал, но не переставал улыбаться в ожидании болеутоляющих. Фармакология погружала его в почти блаженное состояние. Он брал руку старшей дочери и продолжал улыбаться, то ли вспоминая что-то для себя совсем неплохое, то ли путешествуя уже в каких-то околоземных сферах.

Что под трусиками у девушек офицеров

Умер он в превосходнейшем настроении, даже вроде бы насвистывая что-то из эпохи биг-бэндов. Потрясенная Кимберли стала теперь пробегать уже не три мили за раз, но все шесть.

Волочась за ней, витала над спящим Страсбургом Пятая симфония Чайковского. Ночные небеса, казалось, отражали счастливую улыбку отчалившего отца. Айзек Айзексон нередко сопровождал ее в своем патрульном автомобиле.

Сдерживая слезы, он говорил ей о групповой терапии в области преодоления сексуальной сублимации, о планомерном увеличении будущей семьи, о балансировании бюджета. Как-то раз под утро бегунью перехватила дружеская рука Хелен Хоггенцоллер.

Этим представителем, конечно, оказалась Палмер. Можно ли после этого называть наше время воплощением меркантилизма? В самом деле, окиньте взглядом арену мировых событий, и вы найдете там все, что угодно: Люди какими-то миллионными кучами совершают безрассудные поступки, живут не по средствам государствами и в одиночку, они способны за три дня разрушить социализм или швырнуть на ветер три десятидолларовых бумажки.

Только лишь Китай планомерно наращивает экономический потенциал без сожаления об убитых для этой цели студентах. Однако то, что касается Китая, не относится к остальному человечеству. Итак, это была вот именно летняя девушка Палмер с что под трусиками у девушек офицеров гуманитарной помощи, принятым деклассированным трудящимся СССР за сверток с младенцем.

Таких пакетов у нее что под трусиками у девушек офицеров багаже было тридцать. Не так уж много для спасения основательного государства, но главное — почин! Если от каждой тысячи западных христиан придет по тридцать пакетов, то ведь из одних США это будет семь с половиной миллионов!

Надо ли говорить, в какой экзальтации подлетала наша русофилка к Москве. Вожделенный город в первые же минуты знакомства поразил ее своими запахами. Обладая чуткими ноздрями человека, выросшего среди довольно негадких ароматов долины Что под трусиками у девушек офицеров, Палмер сразу же уловила основное: Это основное, впрочем, постоянно обогащалось, в зависимости от обстоятельств, элементами массированного пота, повсеместной гнильцы, химического алкоголя, перегаром автомобилей — словом, всем букетом агонизирующего коммунизма.

Она ловила себя на странном ощущении: Надо просто стоять и ждать, когда он улетучится. Номер для нее был зарезервирован в огромном отеле возле Кремля. По бесконечным коридорам постоянно шло множество людей. Из окна Палмер видела неширокую реку с закопченным льдом и чудовищное здание с шестью адскими трубами и могучими буквами по фасаду.

С первым, пробным, пакетом гуманитарной помощи Палмер вышагивала мимо Кремля. Здесь было гораздо лучше, запах отстал. Мороз пощипывал щеки и нос. Увидев свое отражение в витрине ГУМа, она подивилась своей красоте.

Что под трусиками у девушек офицеров

Высокая американка с пакетом гуманитарной помощи. Люди быстро шли, не обращая внимания на сказочную архитектуру окрестностей.

Что под трусиками у девушек офицеров

На углу стояла девочка-подросток с плакатом по-английски: Палмер протянула ей двадцать пять рублей.



С этим видео также смотрят:

© 2018 siteacademy.ru